Заявление вице-президента США Джей Ди Вэнса, сделанное вчера после встречи с Пашиняном, о том, что он гордится пребыванием в первой христианской стране — Армении, на первый взгляд можно воспринять как послание с ценностными акцентами. Однако на языке политической дипломатии подобные формулировки никогда не бывают случайными и тем более не могут рассматриваться лишь как эмоциональная констатация.

Армения на международных площадках всегда выделялась как первое христианское государство, используя этот факт не только для исторической идентичности, но и для подчеркивания цивилизационной принадлежности. Поэтому акцент Вэнса на христианской идентичности невольно наводит на другой, гораздо более чувствительный вопрос: в каком состоянии сегодня находится христианская институциональная жизнь в самой Армении?

В последние годы власть и Церковь вступили в фазу открытого конфликта. Публичные заявления Никола Пашиняна в адрес высокопоставленных священнослужителей Армянской Апостольской Святой Церкви, отношение правоохранительной системы к духовенству, аресты епископов создали реальность, которую трудно сопоставить с международными месседжами о защите христианских ценностей. Факт ареста четырех отцов-епископов сам по себе является уже достаточным основанием для того, чтобы поднять вопрос о том, насколько первая христианская страна сегодня является безопасной средой для христианского служения.

И вот здесь проявляется проблема двойных стандартов. Если бы поднятие Вэнсом подобных тем рассматривалось как вмешательство во внутриполитическую жизнь Армении, то по той же логике трудно объяснить, почему вице-президент США направляет публичную ноту, фактически давая политическую оценку важности переизбрания Никола Пашиняна. Когда высокопоставленный чиновник США заявляет, что переизбрание действующего премьер-министра важно для них в связи с продвижением мирного процесса и претворением в жизнь TRIPP — это уже не ценностная, а прямая политическая позиция.

Таким образом, получается интересное противоречие: принцип невмешательства во внутренние процессы Армении становится применим только в тех вопросах, которые могут бросить тень на легитимность и ценностный образ действующей власти, в то время как в случае процессов, созвучных с внешнеполитической повесткой, этот же принцип фактически игнорируется.

Визит Вэнса и озвученные им акценты еще раз показывают, что упоминание христианских ценностей в международной политике часто становится лишь формальностью, лишенной конкретной ответственности. А в случае с Арменией эта декорация воспринимается наиболее болезненно, когда слова о «первой христианской стране» звучат в ситуации, где один из духовных столпов этой страны — Армянская Апостольская Церковь — находится под государственным давлением.

В этом контексте заявление Вэнса не только ценностное послание, но и молчаливое согласие с той реальностью, которая сегодня формируется в Армении, где политическая целесообразность доминирует как над исторической идентичностью, так и над христианскими ценностями.

Наре Гнуни