4 февраля в Абу-Даби запланировано вручение премии «Человеческое братство», что на первый взгляд может показаться просто протокольным мероприятием, однако плотность совпадений позволяет рассматривать его как политически просчитанный этап на перекрестке нескольких процессов одновременно.

Почему сейчас?

Во-первых, спецпосланник президента Трампа Уиткофф примет участие в предстоящем раунде переговоров между Россией и Украиной, который пройдет в Абу-Даби. Это означает, что мероприятие становится не только платформой для награждения, но и площадкой для политической коммуникации. Подобные форматы часто используются для неофициальных контактов, «коротких встреч» или уточнения позиций.

Во-вторых, события вокруг Ирана и активизация американского плана по урегулированию в Газе формируют более широкую региональную повестку. Южный Кавказ в этом контексте рассматривается как важное логистическое, энергетическое звено и звено безопасности. Если Вашингтон пытается одновременно продвигать управление несколькими кризисами, то армяно-азербайджанское направление не может остаться вне этого комбинированного пакета.

В-третьих, анонс ожидаемого визита вице-президента США Вэнса в Ереван и Баку уже повысил «политический вес» процесса. Перед этим визитом логично попытаться уточнить позиции сторон и снизить риск неожиданностей. Абу-Даби может стать неформальной площадкой для этой подготовительной работы.

Возможна ли встреча Пашинян — Алиев?

Официального подтверждения нет, но логика дипломатии подсказывает, что такая возможность всегда остается открытой, особенно когда речь идет о факте нахождения в одном и том же месте. Более того, августовским договоренностям прошлого года предшествовала именно встреча в Абу-Даби, что делает этот город своего рода «символической средой» для диалога. Даже если полноценной встречи не будет, короткий контакт или опосредованная коммуникация могут послужить сигналом для последующих этапов.

Какие последствия это может иметь?

1. Реактивация мирного процесса. Если США пытаются укрепить свою роль политического гаранта, то в ближайшее время мы можем увидеть уточнения договоренностей по части делимитации, открытия коммуникаций или механизмов безопасности.

2. Относительное снижение роли России. Если процесс более заметно переходит под американскую эгиду, это может углубить перестановки сфер влияния в регионе. Однако это также означает, что любой провал будет связываться с репутацией Вашингтона.

3. Расчеты Азербайджана. «Сдержанное» отношение Алиева к визиту Вэнса может быть обусловлено тем, что в условиях международного хаоса Баку пытается максимально сохранить возможность для маневра, не связывая себя с одним центром. Если США активизируют давление или ожидания, это может изменить тактику Азербайджана.

4. Увеличение ответственности для Армении. Премия «Человеческое братство» — это не только символическая оценка. Это также формирование публичного обязательства продолжать процесс. Если Абу-Даби станет новым этапом, то Ереван будет вынужден уточнить свои «красные линии» и ускорить принятие решений.

Мероприятие в Абу-Даби, по всей вероятности, является чем-то большим, чем просто церемония награждения. Оно может стать точкой пересечения сразу нескольких дипломатических линий: Украина, Иран, Ближний Восток и Южный Кавказ. Вопрос не только в том, состоится ли встреча между Пашиняном и Алиевым, но и в том, готовы ли США инвестировать свой политический капитал в армяно-азербайджанское урегулирование до такой степени, чтобы процесс вошел в финальную стадию.

Если да, то 4 февраля может рассматриваться как старт нового этапа. Если нет — оно останется хорошо поставленным, но лишенным содержательного продолжения дипломатическим актом.

Алита Егиазарян