Несколько дней назад Инспекционный орган здравоохранения и труда РА получил сигнал о подделке противоопухолевого препарата «Герцептин», о чем соответствующее письмо направил ГНКО «Научный центр экспертизы лекарств и медицинских технологий». Согласно этому письму, известная швейцарская компания «Хоффманн-Ля Рош» предоставила информацию о случае подделки серии N7741B04 концентрата для приготовления раствора для инфузий «Герцептин» (трастузумаб, 440 мг, стеклянный флакон и растворитель во флаконе 20 мл).

Препарат «Герцептин» используется для лечения рака, стоимость одного флакона составляет около 350 тысяч драмов. В беседе с MediaHub пресс-секретарь Министерства здравоохранения Мариам Цатрян отметила, что министерство в данном процессе выступает как орган, разрабатывающий политику. «Наша функция в том, что мы разрабатываем политику и предоставляем «Герцептин» на принципах госзаказа гражданам с 1-3 стадией рака», — сказала Цатрян.

На вопросы о том, сколько доз препарата серии N7741B04 было предоставлено гражданам, что должен делать человек, использовавший это поддельное лекарство, в каких регионах пациенты воспользовались данным средством, когда была ввезена эта партия, какой компанией и изъята ли она сейчас с рынка — на все эти вопросы Мариам Цатрян ответила, что их может дать Инспекционный орган здравоохранения и труда.

Основываясь на словах пресс-секретаря, MediaHub направил письменный запрос в Инспекционный орган, где на вышеуказанные вопросы прямо не ответили: «Информация относительно серии N7741B04 препарата Герцептин/трастузумаб была получена Инспекционным органом здравоохранения и труда 6 марта 2026 года от ГНКО «Научный центр экспертизы лекарств и медицинских технологий» МЗ. Одновременно сообщаем, что иной информацией о препарате Инспекционный орган не располагает».

Таким образом, вырисовывается довольно тревожная картина: речь идет о дорогостоящем препарате для лечения рака, который государство предоставляет самым уязвимым пациентам. Однако, когда уже есть сигнал о подделке, выясняется, что ни одна из ответственных структур не может четко сказать, сколько доз этой серии было импортировано, кто их получил или где они обращались. С одной стороны — Минздрав, заявляющий, что он лишь разрабатывает политику, с другой — Инспекционный орган, который отмечает, что другой информации не имеет.

Самые важные вопросы — дошло ли поддельное лекарство до больных, сколько человек его получили и какие последствия это может иметь для их лечения — на данный момент остаются без ответа. И пока государственные структуры перекладывают ответственность друг на друга, в самом уязвимом положении оказываются онкобольные граждане, чья безопасность лечения должна была быть первоочередной обязанностью этих самых структур.

Хотя в Армении членов «Гражданского договора» есть дела поважнее и поприоритетнее: если министр и ответственные звенья будут заниматься этими вопросами, то кто же будет снимать эстетичные рилсы о том, как они пьют кофе, гуляют или расставляют цветы в вазе?.. А потом еще удивляются, почему люди едут лечить рак за границу.

Алита Егиазарян